Глоток Озона

Франсуа Озон рассказал «Ленте.ру» о своей трансгендерной мелодраме «Новая подружка»

Глоток Озона

Франсуа Озон

Мировая премьера очередной картины французского режиссера Франсуа Озона «Новая подружка» состоялась 6 сентября, но в российский прокат фильм выйдет только 13 ноября. Зрителя уже не удивишь ни порнографическими сценами, ни сценами насилия, ни гомосексуальными сюжетами. Но у Озона есть одна особенность. Все его главные герои — женщины. Даже когда он снимает мужчину.

«Да, действительно, я очень люблю работать с актрисами, потому что сегодня актеры чаще всего ассоциируются с жанром action, — признался режиссер на пресс-конференции петербургского медиафорума. — Меня же больше интересует сочувствие, сопереживание, поэтому я выбираю в качестве главных героинь женщин. Мне кажется, что они намного мудрее».

Глоток Озона

Постер к фильму «Новая подружка»

В новом фильме отступления от этой традиции не произошло. Как оказалось, Озон подразумевает женщину всегда — иногда в мужчине. В данном случае — мужчине вполне благополучном, но потерявшем супругу и оставшемся один на один с новорожденной дочерью, что служит причиной пересмотра своей половой принадлежности. Лента основана на новелле британской писательницы Рут Ренделл, в которой акцент сделан на другом персонаже — Клэр, латентной лесбиянке с шаткой психикой. В картине «Новая подружка» Клэр уходит в тень, уступая экран герою (или героине?) еще не совсем привычному в мировом кинематографе, так как речь идет не просто об играх с переодеванием.

Лента.ру: Вам не кажется, что лента выглядит несколько провокационной, особенно в России?

Франсуа Озон: Я как раз не желал делать эту картину ни агрессивной, ни злой, ни резкой. Я хотел, чтобы фильм максимально углубился в переживания главного героя, чтобы зритель смог «войти» в историю, сочувствовать персонажу. Поэтому я ввел элемент, отсутствующий в оригинальной новелле — эпизод утраты главным героем любимой женщины, который и стал отправной точкой его изменений. Он пытается восполнить потерю, это дает нам возможность сопереживать ему и с меньшим отторжением относиться к происходящим с ним странностям.

О чем же в итоге получилась картина?

Все-таки это история любви — любви, не похожей на ту, что нам обычно показывают, но все-таки любви. Надеюсь, что этой историей проникнутся люди широких взглядов, которые есть всюду, и в России тоже. Меня интересует внутреннее состояние человека, без каких-либо социальных аспектов. Поэтому я поместил героев в условно благополучную буржуазную среду, чтобы не отвлекаться на экономические, социальные и политические вопросы — это замутнило бы общую идею поиска своего пути.

Не слишком ли все это оторвано от реальности?

Мой фильм не документальный, не исследование нравов, по мизансценам и манере съемок он приближается к сказке. И я сделал открытый финал, словно сказочный — оставил зрителям свободу выбора. Эта свобода часто пугает, когда ты просто говоришь: вот такая история, бывает и так. И не говоришь, правильно это или не правильно. Когда предоставляется право решать, когда необходимо задаться вопросом — как к этому отнестись? — одни робеют, но другие наоборот обретают шанс раскрыться, отождествить себя с главным героем.

К какому жанру можно отнести «Новую подружку»?

Фильм трансжанровый, так сказать. Можно даже провести параллель с трансгендерным главным героем. Трудно определить. Мне нравится вести за собой зрителя, играть с ним. Для этого нужно в какой-то момент его бросить, спутать след, а затем вывести на какой-то новый маршрут. Мне кажется, что те, кто смотрят мои фильмы, достаточно интеллектуальны и готовы к подобным играм. Фактура фильма часто меняет тон. В одном временном промежутке это мелодрама, в другом — комедия, в третьем ощущается саспенс, и так далее. Я считаю себя кинематографистом постмодернистского направления, не сосредоточенным на каком-то конкретном жанре.

Фильм выглядит слишком серьезным по сравнению с другими вашими работами. С чем это связано?

В Сан-Себастьяне люди очень смеялись. Восприятие, думаю, зависит от среды. Может быть, в России контекстуально он кажется не таким забавным. Во Франции комический эффект, к примеру, вызывает еще и то, что в картине много религиозных элементов — похороны, свадьба, крестины. А церковь — как раз та организация, которая боролась против однополых браков и… вообще всего, что не то чтобы утверждается, но как минимум поддерживается в моей ленте.

Глоток Озона

1/5

Как воспринимают картину в разных странах?

По-разному, конечно. Поэтому я так люблю представлять свой фильм за границей — начинаешь понимать, что в зависимости от культурного окружения и контекста люди смотрят на вещи иначе. Я пытаюсь делать свои ленты максимально открытыми, но не делить их на черное и белое, не навешивать ярлыки и не выносить никому приговор. Именно в силу открытости и неагрессивности моих фильмов людей «цепляют» в них разные вещи и по-разному. Знаете, по-разному реагируют не только представители разных народов, но и мужчины с женщинами. Говорят, даже в Москве и Петербурге реагируют по-разному. Посмотрим.

Беседовала Айгуль Хабибуллина

Причины, по которым стоит купить электронную книгу Брендовые шорты ММА Водонагреватель для бытового применения Thermex 30 литров Стоит ли брать кредит под залог? Быстрая доставка пиццы по Киеву

Лента новостей